В XVII в. территория страны значительно увеличилась. И все большее количество различных народов входило в ее состав. Эти народы становились участниками общероссийских социально-экономических и культурных процессов.

Включение разных народов в состав России. С одной сторо­ны, это включение приводило к развитию национальных районов страны, знавших ранее лишь племенной строй, с другой — новшества ломали их традиционные быт и культуру. Наступление на их земли бояр, помещиков и Церкви, самоуправство воевод вызывало недовольство нерусских народов.

Необходимо напомнить, что татары жили в Волжско-Камском междуречье; в междуречье Волги и Оки обитали мордва, мари и чуваши; коми заселяли бассейн реки Печо­ры; удмурты — Приуралье по реке Каме; карелы занимали пограничные с Финляндией земли; калмыки расселились в низовьях Волги и по северному побережью Каспийского моря; в Приуралье, по берегам рек Белой и Уфы, а также на Среднем Урале обитали башкиры; на Се­верном Кавказе жили зависимые от России кабардинцы.

   Переломным для истории некоторых народов Поволжья и Приуралья стало завоевание Россией в середине XVI в. Казанского и Астраханского ханств, присоединение северо-восточных земель.

Характерная черта — все более многонациональный со­став этих территорий, смешанное проживание разных нардов, свободная миграция. Все шире шла колонизация Поволжья и Приуралья русскими крестьянами, которые приносили в лесные и охотничьи края свой хозяйственный земледельческий опыт. Этот процесс проходил в ос­новном мирно. С появлением в татарских, мордовских, чу­вашских, марийских землях русских помещиков и церковных феодалов на частновладельческие земли рас­пространились нормы российских законов, крепостное право. В междуречье Оки и Волги, на плодородных землях этот процесс шел быстрее; в Приуралье, на северовостоке, в дальних лесных районах — медленнее.

В XVII в. основную массу жителей этих краев составляли государственные крестьяне. Они платили в казну налог пушниной и продуктами питания, несли государственные повинности — на строительстве дорог, мостов и крепостных стен, выполняли ямскую гоньбу (почтовую службу).

 

Правительство требовало от властей уважительного от­ношения к традициям и обычаям нерусских народов, на­казывало за насилие и злоупотребления, стремилось зару­читься поддержкой местной элиты. Татарским мурзам, калмыцким тайшам, племенным вождям и старейшинам предоставлялись права дворян, их наделяли землями, от­давали им на откуп сбор налогов. Со временем местная знать стала верно служить Москве.

В лесных северо-восточных краях, где жили коми, ча­стновладельческих земель было мало, местные жители были лично свободны. Сюда потянулись русские промыс­ловики. Эти земли были особенно богаты пушниной, ры­бой, другими дарами лесов и рек. Здесь обнаружились залежи соли, соледобыча постоянно расширялась. Многие жители уходили на соляные промыслы. Через Коми край шли торговые пути от Белого моря в Сибирь. Все это теснее привязывало здешние земли и их население к обще­российским процессам.

Сильным рычагом освоения Поволжья и Приуралья, ут­верждения здесь российской власти становилась христианизация этих мест. У татарских мурз, не желавших перейти в православие, отнимали земли. Принявшим христианст­во обещали льготы по налогам и повинностям.

На северо-западе страны сложной была судьба угро-финских народов. Исторически связанные с русскими зем­лями, они попали после Смуты в подчинение Швеции, которая установила здесь свои порядки, ввела протестантство. Многие карелы бежали в Восточную Карелию, оставшуюся за Россией. Здешние жители традиционно занимались охотой и рыболовством, на бедных каме­нистых почвах сеяли зерновые. Новые веяния входили в жизнь Карельского края: начались разработка рудных месторождений и обработка железа, появились первые мануфактуры.

Вошедшая в состав России в середине XVI в. Кабарда оставалась вассалом России. Постепенно русское влияние здесь усиливалось. В XVII в. на берегах Терека появились первые русские крепости, гарнизоны которых состояли из служилых людей и казаков.

Народы Европейской России порой разделяли с русским народом военные тяготы. Так, башкирская, калмыцкая и кабардинская конницы участвовали в войнах с Польшей, ходили в крымские походы.

Когда российские власти, купцы и предприниматели, русские феодалы допускали насилия и произвол в отношении местного населения, оно с оружием в руках отстаивало свои интересы. На исходе XVII в. карельские крестьяне подняли восстание, когда их попытались приписать в качестве рабочих к одному из местных промышленных пред­приятий. В 1660—1680-е гг. крупное восстание вспыхнуло в Башкирии в ответ на захват земель русскими и принудительную христианизацию. Поволжские и при­уральские народы приняли активное участие в восстании Степана Разина.

 

      Окончательное присоединение Сибири. XVII в. стал поворотным временем в деле овладения Россией всей Сибирью, вплоть до берегов Тихого океана. Опираясь на крепости в верхнем и среднем течении Енисея, на торговые поселения и форпосты в устьях рек близ побережья Ледовитого океана, русские отряды продолжали двигаться на восток.

Что вело их в Сибирь? Завоевание новых земель под вы­сокую руку русского царя, стремление служилых людей и торговцев к наживе в богатых пушниной и рыбой краях, неукротимая любознательность и тяга к открытию не­ведомых земель и народов.

На огромных пространствах Сибири жило много раз­личных народов. Численность каждого из них была неве­лика. Их основным оружием были каменные топоры, лук и стрелы. На Енисее жили уже принявшие русское под­данство ханты и манси. Далее к востоку обитали еще неизвестные русским людям восточносибирские народы: в Прибайкалье, по верховьям Ангары и Витима — буря­ты; к востоку от Енисея вплоть до Охотского побере­жья — эвенки (старое их название — тунгусы); в бассейне рек Лены, Яны, Индигирки и Колымы — якуты; в Юж­ном Забайкалье и Приамурье — дауры и дючеры; на севе­ро-востоке Сибири вплоть до Берингова пролива — коря­ки, чукчи, юкагиры; на Камчатке — ительмены.

Высокоразвитым для того времени хозяйством выделя­лись якуты и дауры. Последние имели постоянные кон­такты с китайцами.

В эти края двинулись русские землепроходцы начиная с 1630-х гг. Сибирские воеводы из Тобольска, Енисейского острога и Мангазеи (торгового поселка и порта на реке Таз, неподалеку от Обской губы) направили отряды проведать Бурятка новые землицы и объясачить тамошних людей.

В начале 1630-х гг. первые отряды служилых людей по­явились на Лене. Построенный здесь острог подвергся на­падению местных жителей во главе с тойонами (князья­ми). Но лук и стрелы были недостаточным оружием против пищалей и пушек. На Лену прибыли новые отряды и направили воеводам сообщения, что Якутская земля людна и скотна, что якуты воисты и не хотели государева ясаку дать.

Борьбу с русскими возглавили тойоны. Один из них, Ты нина, нанес царским отрядам несколько поражений. В ходе дальнейших боев и переговоров удалось склонить якутских вождей к вступлению на государеву службу. Некоторые из тойонов получили титул улусских князцов. Центром русского влияния стал Якутский острог — будущий Якутск.

 

Следом за служилыми людьми сюда шли промысловики, а потом и крестьяне. Три года требовалось, чтобы из центра России добраться до Лены. Из этих земель потоком пошел ясак — шкуры соболей, горностаев, лисиц, высоко ценившийся моржовый клык.

   Якутский острог стал базой, откуда снаряжались экс­педиции служилых людей на восток. Одни отряды направ­лялись к Охотскому морю и к реке Амур, другие переваливали через Верхоянский хребет и шли в верховья Яны и Индигирки и на среднее течение Колымы, третьи двигались от устья Лены морем к устью Колымы.