Внешняя политика России в 1740—1750-е гг. Первым испы­танием для нового правительства в международной сфере стала война со Швецией. Швеция хотела вернуть уступ­ленные России по Ништадтскому миру территории в При­балтике.

 

Елизавета Петровна действовала вполне в духе своего отца. Она двинула на север армию во главе с фельдмарша­лом Лассиу которая нанесла шведским войскам ряд пора­жений в Финляндии. В 1743 г. Швеция запросила мира и отказалась от территориальных притязаний к России. Это был первый внешнеполитический успех новой прави­тельницы. Другой пришел несколько позже в связи с уча­стием России в большой европейской политической игре.

В середине 1750-х гг. на политической арене Европы за­блистал государственный и военный талант прусского короля Фридриха II Великого. Он создал сильную армию и нацелился на захват близлежащих немецких княжеств, создание Великой Пруссии и овладение восточноевропей­скими территориями.

Фридрих П захватил у Польши Силезию, напал на Саксо­нию, разгромил войско австрийцев и занял Дрезден и Лейп­циг. Агрессивность Пруссии привела к появлению в Европе антипрусской коалиции Франции, Австрии и Швеции.

I 'оссия решила примкнуть к ней, полагая, что Пруссия угрокпет ее интересам в Польше и Прибалтике, и взяла на себя основную тяжесть противоборства. Кровью русских солдат оплачивалась борьба с Пруссией за европейскую гегемонию.

В 1756 г. Россия вступила в Семилетнюю войну с Пруссией. Русские войска под командованием фельдмаршала <\ Ф.Апраксина (1702—1758) вошли в Восточную Пруссию. В 1757 г. у деревни Гросс Егерсдорф русская армия одержала убедительную победу. Удар во фланг прусской армии резервного корпуса молодого генерала П. А. Румян­цева (1725—1796) решил исход боя.

Дорога на главный город Восточной Пруссии Кенигсберг была открыта, но Апраксин увел войска на зимние кварти­ры, и Фридрих II получил передышку. Свое решение фельд­маршал объяснил нехваткой продовольствия, но дело было » другом — тяжко заболела Елизавета. В ожидании ее кон­чины и воцарения Петра Федоровича, поклонника Фрид­риха II, Апраксин повел себя как истинный царедворец. I !о Елизавета выздоровела и отдала Апраксина под суд.

После ряда упорных сражений, не давших перевес ни одной из сторон, Елизавета назначила на пост командую­щего генерала Я. С. Салтыкова (1698—1772/73). Он имел богатый опыт войн с Польшей и Турцией, успешно действовал в первый период Семилетней войны, участвовал во взятии Кенигсберга.

1759 г. стал годом громких побед русской армии над войсками Фридриха II. Салтыков захватил Франкфурт-на-Одере. В августе 1759 г. русские войска при поддержке со­юзников-австрийцев сошлись с прусскими в генеральном сражении около деревни Кунерсдорф. Почти 50-тысячная армия Фридриха поначалу потеснила союзников в центре, но русские солдаты выстояли. Салтыков перегруппировал поиска, совершил ряд смелых маневров. На левом фланге русские части создали перевес сил и предприняли контр­удар. Общее наступление завершилось штыковой атакой. Пруссаки побежали, Фридрих II едва не попал в плен.

 

Дорога на Берлин была открыта. Пруссия ослабла, и те­перь Австрии и Франции оказалось невыгодно усиление России в центре Европы. Они решили направить русскую армию на спасение Силезии и Саксонии. Эта заминка поз­волила Фридриху II собрать силы и продолжать войну.

Из-за интриг австрийцев Салтыков подал в отставку. Находившиеся в Восточной Пруссии русские войска продолжали наступление, и вскоре передовой отряд генерала 3. X. Чернышева подошел к Берлину. Городские власти вручили Чернышеву ключи от столицы. Так впервые в истории русские войска овладели Берлином. 1760 г. и имя генерала Чернышева навечно вошли в историю во­инской славы России.

Падение столицы Фридриха II потрясло тогдашнюю Ев­ропу. На следующий год русские войска наращивали успех. Корпус Румянцева вышел к берегам Балтики, вновь появилась возможность захвата приморских городов и столицы Пруссии. Она оказалась на грани катастрофы, Фридрих II собирался отречься от престола. Его спасла смерть Елизаветы Петровны в конце 1761 г.

Петр Федорович, ставший императором Петром III, немедленно заключил с прусским королем перемирие, а в 1763 г. и мир. Россия вернула Пруссии все захваченные у нее территории. Бывшие враги стали союзниками.

Семилетняя война была чужда интересам России. Ее скоропалительное окончание говорило не только о симпа­тиях нового российского монарха к прусскому королю, но и о его здравом смысле. Россия не желала проливать кровь ради интересов других держав, в первую очередь Австрии. Семилетняя война укрепила международный ав­торитет России, возвысила воинскую славу русского сол­дата. В ходе этой войны засияли новые военные таланты, были возрождены и развиты принципы военного искусст­ва петровского времени — штыковой удар, быстрый ма­невр, применение рассыпного строя против малоповорот­ливых колонн противника.

Народные возмущения. Кричащая роскошь двора и верхов общества, необходимость поддерживать на высоком уровне мощь одной из самых многочисленных в Европе армий, во­енные предприятия требовали все новых и новых расходов, которые тяжелым бременем ложились на податные сосло­вия. С каждым годом усиливался налоговый гнет. Росли недоимки, их силой выбивали из крестьян и горожан.

Власть дворян над крепостными крестьянами упрочива­лась. Согласно указам Елизаветы Петровны,

помещики могли продавать крестьян в рекруты, ссылать в Сибирь, ппрпвлять на каторгу. Росла барщина. В некоторых зем->н*дгльческих районах она доходила до 5—в дней в неделю.

1С этому времени относятся совершенно изуверские слушает обращения с крепостными крестьянами. Помещица < нтыкова, знаменитая Салтычиха, в течение 10 лет заму-ми ia до смерти на своем подворье в Москве более 100 чело-|н*к. Барыню-садистку судили и заключили в тюрьму,  система, при которой могло происходить подобное, сохронялась.

В противоположность Западной Европе в России завя-.|;|,к:я такой узел противоречий между низами и верхами ошцоства, который можно было разрубить только силой. Днорянство оберегало свои права на крестьян, дворянское правительство шло ему навстречу. Предложения просве­щенной части общества облегчить участь поселян не принимались во внимание.

Массовыми становились побеги крестьян, работных модой, солдат, людей, мобилизованных на строительство i <»|н>дов, мануфактур и верфей. Сотни тысяч людей уходи-iii на Дон, Яик, Урал, в башкирские земли, на Украину, и Сибирь — туда, где не было власти помещика. Ни одна • грана мира не знала таких масштабов бегства населения г нажитых мест, не осуществляла такого безоглядного на­ле и ма на него, не имела таких огромных пространств, где 'поди могли укрыться от всевидящего ока государства.

Массовым явлением стал отказ от уплаты налогов и об­роков, выполнения барщины. Начались волнения крестьян и работных людей, их вооруженная борьба против воин­ских команд, собиравших недоимки, сопротивление помещикам и их управляющим, расправы с ненавистными тгподами. Крестьяне отказывались признавать себя собст­венностью владельцев, требовали перевода в разряд государствениых или дворцовых крестьян, мечтали о воле.

Работные люди на уральских, тульских, московских и других предприятиях настаивали на улучшении условий труда, протестовали против указа о превращении их в 1ц>епостных заводов. В России зародилось движение про­теста работных людей.

Неспокойно становилось и в национальных районах Рос­сийской империи. Население давно вошедших в состав Рос­сии Поволжья, Башкирии, Урала испытывало на себе дав­ление и государства, и помещиков, захвативших обширные плодородные земли. Местное население раздражали на­сильственная христианизация, вмешательство православ­ного духовенства в его экономическую и духовную жизнь.

В начале 1740-х гг. вспыхнуло мощное восстание мордвы, к которому присоединились русские крепостные крестьяне. Число восставших достигло 6 тыс. человек.

Восстание охватило ряд уездов Поволжья и было жестоко подавлено. Особенно крупные волнения вспыхнули в Башкирии. Здесь началось строительство укреплений и крепостей (в том числе Оренбурга) для защиты казахских жузов (племенных союзов), недавно принятых в российское под­данство, от вторжений кочевников.

 

Правительство рассчитывало, что появление в башкир­ских землях новых опорных пунктов будет содействовать расширению торговли России со странами Средней Азии и Дальнего Востока. Бурными темпами развивалось в Башкирии горное дело, разрабатывались медные и сере­бряные рудники, росли казенные заводы. Сюда активно переселялись русские крестьяне, поскольку переселенцам предоставлялись налоговые льготы.

Эти меры, с одной стороны, содействовали развитию края, появлению городов, переходу башкир к оседлому об­разу жизни. Но легкий ясак заменила постоянно расту­щая подушная подать. Под строительство заводов и крепо­стей у башкир отторгалась земля. Общинные башкирские земли правительство разрешило продавать. Их расхваты­вали русские помещики и башкирская верхушка — слу­жилые башкиры. Феодальные отношения быстро прони­кали в башкирскую среду. Башкир обязали вместе с русскими нести охранную службу. Проводилась насиль­ственная христианизация.

Постепенно обстановка в крае накалялась. В конце 1740-х гг. вспыхнуло мощное восстание. Власти пытались подавить его, опираясь на башкирскую верхушку. Вождей восстания, среди которых были и местные тарханы (фео­далы), подвергли устрашающим публичным казням.

Но это лишь распаляло народ. Восстание поддерживали все новые районы. Брошенные на его подавление дополни­тельные войска огнем и мечом прошли по землям восстав­mux. От рук карателей пали свыше 16 тыс. башкир. В от-i*.t г повстанцы убивали захваченных в плен карателей, русских дворян и чиновников вместе с семьями.

Восстание подавили, но властям пришлось сделать уступку: снова был введен ясак, запрещался захват баш­кирских общинных земель. Башкиры отстояли некоторые «пои права, но колонизация края продолжалась. Пресле­довались преверженцы мусульманской религии, вышел л.-шрет на строительство мечетей.

Закономерным ответом стало новое восстание башкир и 1755 г. Его лидер мулла Батырша призвал башкир объ­явить неверным священную войну. Но этот лозунг не вдох­новил большую часть населения, которое страдало в ос­новном от социального угнетения, захвата земель. Пашки рам оказался чужд религиозный фанатизм.

В непокорный край власти ввели 40-тысячное войско. Начались массовые репрессии. Население бежало к каза­хам, на реку Яик, в другие места. Русская администрация натравливала казахов и яицких казаков на башкир, нача­лось избиение беглецов. Правительство стремилось разъе

разъе­динить местные народы. Батыршу казнили, и восстание скоро сошло на нет.

В Петербурге поняли, что насилием свободолюбивый край не успокоить. Вышел указ Елизаветы Петровны о прощении повинившихся. Освобождались от наказания добровольно вернувшиеся из дальних мест. Население Нашкирии было освобождено от наиболее тяжелых повин­ностей. Правительство отказалось от насильственной хри­стианизации края. Разрешено было строить мечети. В по­становлении Сената говорилось: Впредь башкирскому народу никаких обид и разорений не чинить и в угодьях их насильством не селиться.

 

Местные власти, чиновничество, дворяне, православное духовенство нарушали эти указания, что приводило к новым недовольстнам местного населения.